Книга сообщества http://vk.com/best_psalterium . Самая большая библиотека ВКонтакте! Присоединяйтесь! 19 страница

Долгие столетия книга Армы является самой священной из всех ирландских рукописей.

Школа Армы, выросшая рядом с монастырем, прославилась в шестом веке на всю Ирландию. Она открыла двери учащимся, съехавшимся из Европы. Когда норманнские захватчики крушили древнюю гэльскую цивилизацию, в Арме жили 3000 учащихся, которых Ирландия спасла от гибели западного мира.

Покинув Арму, я приехал в пограничный городок Ньюри и снова оказался в Свободном государстве. Посреди дня я приехал в преуспевающий торговый ирландский город Дандолк.

Все, что вы ожидаете увидеть в ирландском торговом городе, было в Дандолке. На широкой центральной площади перед ратушей толпился народ. Никогда не видел столько торгующих женщин. На главной улице стояло множество телег. Под сетками мычали телята. Хрюкали и визжали свиньи. Шипели гуси. На складных столах перед ратушей были выставлены все виды товаров — от шелковых чулок до жестяных ведер. Странным и чужеродным среди этой типично ирландской толпы был один из тех восточных людей, которые разъезжают по миру, безнадежно пытаясь продать коврики и отрезы ярких тканей. Это был молодой человек, и по-английски он говорил плохо. Он сказал мне, что родился близ Калькутты.

— Как вы попали в Ирландию? Как к вам относятся? Где живете?

— Ирландцы — очень хорошие люди, — сказал он. — Добрые. Они позволяют мне спать в конюшнях и дают еду. Шотландию я тоже знаю. В горах на севере люди хорошие, а на юге — нет. Они думают, что я хочу украсть. Но ирландцы — хорошие, добрые, делятся едой. Очень хорошие, очень добрые…

Я подумал, что это замечательная характеристика народа, ведь ее сделал беспомощный и неудачливый гость.

Удивительное зрелище в Дандолке — колледж Святого Патрика, замечательная уменьшенная версия Королевского колледжа.

Я отправился на ланч. Таких крупных и голосистых ирландских фермеров, что набились в обеденный зал, я еще не встречал. Нам подали теплый суп и небрежно приготовленное мясо — типично для здешних гостиниц. В ирландской кулинарии начисто отсутствует воображение. Впрочем, качество продуктов безупречное. Где еще вы найдете такое масло, такие свежие яйца, такой бекон, такое мясо и такие овощи, только что с грядки? Одной из загадок Ирландии является то, что все это, пройдя через кухню, становится неприятным и даже несъедобным! Даже картофель — вот уж, казалось бы, фирменное блюдо Ирландии — часто превращается в водянистую массу. Даже не знаю, есть ли в Ирландии кулинарная школа. Чувствую, что ирландцы, в отличие от шотландцев, не любят готовить. Вы ничем так не порадуете шотландскую женщину, как если похвалите ее ячменные булочки, или суп, или овсяные пироги, в особенности суп, а почти каждая шотландка может приготовить суп, отведав который, вы позабудете самые замысловатые творения французского повара.



Но в Ирландии вы часто забываете о еде, потому что подают ее вам красивые и веселые девушки. Мы пили пиво, передавали друг другу хлеб и говорили о ценах на телят, свиней, уток и гусей. Я словно перенесся в ирландский Солсбери. Эти люди из Лаута, Мита и Кавана относились ко мне с грубоватой открытой сердечностью, столь не похожей на молчаливые, осторожные повадки южан. Все это время нас обслуживала полногрудая молодая женщина с мягкими голубыми глазами. К фермерам она обращалась по именам.

Затем мы перешли в другую комнату и неуклюже шутили с девушкой, стоявшей за стойкой бара. Все наши шутки она ловила на лету и отвечала незамедлительно, словно теннисистка на Уимблдоне. Через открытые окна доносились мычание, кряканье и лай.

Затем, тяжело ступая, мы вышли на главную улицу — покончить с делами. Как же мне нравится Дандолк!

Дрогеда…

Этот старинный город в устье реке Бойн полон тяжелых воспоминаний. К улицам ведут большие елизаветинские ворота, есть здесь руины, похожие на гнилые зубы, многие из них остались с ужасных времен Кромвеля. Здесь Кромвель ясно дал понять, что намерен подавить ирландскую нацию, чтобы она навсегда забыла о своей независимости. Он повернул пушки на Дрогеду, разбил крепостные стены, убил каждого десятого человека из гарнизона, а остальных отправил в рабство на Барбадос.

Неподалеку от Дрогеды находятся знаменитые руины Монастербойса. Больший интерес, нежели руины или круглая башня, представляют собой кельтские кресты. Большому кресту почти 1000 лет. Высота его составляет двадцать семь футов, он весь покрыт барельефами, изображающими библейские сцены. Одна из них, как полагают, показывает Христа среди вооруженных людей в Гефсиманском саду. На Господе одежда ирландского вождя того времени, а у его врагов длинные бороды викингов. Два других величественных креста — это крест Муиер-даха и крест Колумкилле. Многие говорят, что лица на этих крестах точно такие, как у современных ирландцев. Падрейк Колум говорил, что находит в них сходство с двумя своими друзьями!

В миле от Дрогеды находится место битвы при Бойне. Когда Якову II не удалось взять Дерри, он решил попытать счастье в генеральном сражении. Вильгельм III высадился в Каррикфергусе с армией из необученных английских рекрутов и опытных иностранных наемников — французов, финнов, шведов, датчан, голландцев и бранденбуржцев. Все, кто видел эту армию на марше, должно быть, чувствовали, что она представляет интернациональные интересы: протестантская Европа против французских католиков неудачника Якова. Я уже говорил, что папа неофициально поддерживал протестантов, а потому непонятно, почему католики и протестанты до сих пор с болью вспоминают о той битве.

Яков с армией в 25 000 человек встал на южном берегу реки, на холме Донор. У Вильгельма армия была во всех отношениях лучше, в ней насчитывалось 36 000 бойцов, и он расположился с нею на северном берегу, на холме Таллиэскер. Наступил последний день июня 1690 года. Рано утром Вильгельм выехал на рекогносцировку, и в плечо ему угодило пушечное ядро. Он не пострадал, хотя прошел слух, что его убили. На следующее утро началось сражение. Армия Вильгельма разделилась на три части и пошла вброд через Бойн. Первый отряд — правое крыло — попытался перейти реку у Слейна. Знаменитая голландская пехота, десятеро в ряд, вошла в воду против Олдбриджа и атаковала армию якобитов по центру. Вильгельм сам повел за собой кавалерию.

Ирландские драгуны мужественно защищались. Под непрерывным огнем они час удерживали реку. Загнали пехоту обратно в воду и вступили в сабельный бой с превосходящими силами противника. В этой битве был убит великий Шомберг. Армия Вильгельма все же перебралась на противоположный берег. Они вышли во фланг французских войск. Французский генерал Якова Лазлум бросил на врага пехоту, артиллерию и кавалерию под командованием Патрика Сарсфилда. Атаки ирландских кавалеристов следовали одна за другой, но понемногу якобиты отступали. Сражение было проиграно, и Яков бежал, захватив с собой своего лучшего солдата, Сарсфилда, в качестве телохранителя. Потери с обеих сторон составили около тысячи человек убитыми и ранеными. «Поменяйте королей, — будто бы крикнул Сарсфилд, прежде чем покинуть поле боя, — и мы снова с вами сразимся».

Исход того дня, — пишет профессор Тревельян в своей «Истории Англии», — обрек несколько поколений ирландцев на преследование и тиранию, но в то же время явился спасением для протестантизма в Европе. Он позволил Британской империи продвинуться по пути процветания, свободы и заморской экспансии. Мудрый и терпеливый Вильгельм очень мало влиял на Ирландию после восстановления в ней английского правления. На этом католическом острове он был бессилен защитить католиков, а в Англии проявлял по отношению к ним мягкость. В новом режиме Ирландии отразились невежество и предвзятость вигов и тори из вестминстерского парламента. Это они властвовали над страной.

Спокойная, поросшая тиной река катит свои воды к морю. Она далека от страстей, ей неведомо то, что люди творили на ее берегах.

На холм Тара я пришел, как и положено, на закате. Пришел один, чтобы попрощаться с Ирландией. Солнце низко склонилось над западом, скоро ночная мгла упадет на луга Мита. Некогда пять широких дорог вели к холму через все провинции, но сейчас их нет, лишь ветер шелестит в граве, да слышно как блеют овцы. В Ирландии много старинных «несчастливых» мест, странно бередящих душу, как и этот холм, такой одинокий, словно «нечто, оставшееся на земле после Судного дня». Я смотрел на освещенную закатным солнцем фигуру святого Патрика, в митре и с епископским жезлом в руке. Он осеняет крестным знамением Ирландию. Рядом с ним торчит из травы старый камень — знаменитый Лиа Файл.

Пока я стоял там, мне на ум пришли странно живые воспоминания об Ирландии, маленькие счастливые картины, яркие, словно освещенные солнцем: доброта, смех, музыка, белые домики на западных холмах, запах торфа в очагах, свет, пульсирующий в небе, чибисы над болотами, каменные стены, зеленый свет, загорающийся на краю торфяных речек, дикий ветер у болот и дорожки, вьющиеся среди холмов.

Когда мои ноги впервые ступили на ирландскую землю, я тотчас почувствовал, что оказался в магической стране, и сейчас, когда пришло время прощаться, я точно знаю: это и в самом деле зачарованный остров. Минорная нота, похожая на вибрацию воздуха, та, что живет в свете, и в воде, и в почве, пронизывает страну, но, как крик летучей мыши, все это слишком высоко, чтобы можно было услышать. Тем не менее человек чувствует ее повсюду.

Однажды, подумал я, на этот холм взойдет великий ирландец. Возьмет историю страны в свои сильные руки и подарит миру. Он будет любить прошлое Ирландии и не менее сильно верить в ее будущее. Несчастная ирландская привычка смотреть назад, а не вперед иссякнет, и Ирландия, уверенная в будущем, позабудет старые раны. И этот человек сделает для нее то, что Вальтер Скотт сделал для Шотландии: он сольет два народа, объединит страну. Он принесет Ирландии любовь и уважение мира. Мне хочется думать о нем как о воплощении слияния севера и юга, католичества и протестантства. Южанин в нем будет вглядываться в прошлое, а северянин устремится в будущее.

Не будет больше печальной Ирландии. Ирландия романтического национализма, прекрасная трагедийная королева среди наций ушла — будем надеяться — навсегда. Из кельтских сумерек Ирландия вышла в яркий день. Несмотря на все авантюры, она не потеряла зря времени и доказала миру, что может браться за большие предприятия. Возможно, сейчас она в некоторой растерянности, как человек, только что очнувшийся от героического сна и очутившийся в холодной реальности. Но это пройдет. За Ирландией будущее. Она — единственная европейская страна, за исключением, возможно, Испании, душу которой не погубила индустриализация. Типичный ирландец — единственная вечная фигура, которую знает мир. Это — человек с плугом…

Заходит солнце, и холм погружается в темноту. Я знаю, что на западе в этот миг разгребают угольки торфа. В тысячах белых домиков встают на колени перед широкими очагами, сгребают угли вокруг красного огонька, и утром здесь будет новый свет.

На поля Мита упали тени. Стемнело. Святой Патрик стоит над Тарой с поднятой рукой. И в молчании, в темноте, я снова прислушиваюсь к скрытой музыке. Она не для моих ушей. Я слышу лишь ночной ветер в траве и говорю Ирландии «до свидания».

Фотографии

Дублин. Набережная р. Лиффи

Дублин. Замок

Дублин. Надгробие Р. де Клере, графа Стронгбоу

Келлская книга

Глендалу. Кладбище

Глендалу. Часовня Св. Кевина

Кельтский крест на просторах Ирландии

Кэшел

Гора Св. Патрика и памятник святому у ее подножия

Статуя святого Патрика

Памятник М. Коллинзу в Клонакилте, южнее Корка

Керри. «Кольцо Керри»

Лимершс. Вид с р. Шеннон

Голуэй. Набережная

Указатель «Переход для лепреконов»

Озера Килларни

Болота Коннемары

Коннемара. Деревенский дом

Коннемара. Траулер у причала

Остров Ахилл

Аранские острова

Замок Бларни

Камень Бларни и площадка для туристов

Белфаст. Замок и памятник королеве Виктории

Белфаст. Часовая башня Альберта

Белфаст. Старейший паб города

Тара. Холмы на месте твердыни Бриана Бору

Примечания

Перевод А. Сергеева.

Перевод Г. Кружкова.

Слуга, следящий за порядком в доме. — Здесь и далее примеч. перев.

Здесь и далее, за исключением особо оговоренных случаев, перевод стихов М. Башкатова.

Персонаж ирландских саг, женщина, символизирующая Ирландию.

Шейные украшения в виде полумесяца.

Перевод В. Лунина.

Имеется в виду лорд Дж. Джеффрис (1645–1689), канцлер английского короля Якова II, печально прославившийся жестокими преследованиями пуритан и ветеранов Кромвеля.

Ванная комната (фр.).

Перевод М. Яснова.

Перевод Н. Рахмановой.

Надменность (фр.).

Персонажи романа Э. Сомервилла и М. Росса «Приключения ирландского священника».

О’Донохью из Долин — древний ирландский род из графства Керри.

Персонажи, соответственно, романа У. Теккерея «Дени Дюваль», романов Р. С. Сертиса, писавшего под псевдонимом Джон Джоррокс, комедии О. Голдсмита «Ночь ошибок». Доктор Синтаксис — псевдоним карикатуриста Т. Роулендсона, прославившегося сатирическим изображением нравов английского общества.

«Одиссея». Перевод В. Вересаева.

See more books in http://www.e-reading.co.uk

Дата добавления: 2015-08-29; просмотров: 3 | Нарушение авторских прав

  • Высшее, послевузовское образование и наука
  • Свидетельство от Г.
  • Опыт Тантры
  • Визначення коректних варіантів вибору
  • Стоп-слово
  • Marianna. Откуда: Германия
  • Но и они становятся причинами смерти.
  • ГЛАВА 5 Способы спортивного плавания
  • Г.г., Британский писатель, известен своей «Алле­горией любви», религиозными и детскими книгами. - Прим. пер.
  • По доходам от собственности
  • Поразительная однородность древних фотонов
  • SKILLS OF NEGOTIATING
  • http://ficbook.net/readfic/34692 6 страница
  • схема Принципиальная схема автоматического управления котлоагрегатом КОАВ.
  • ВЕЛИКОЕ ДЕЛАНИЕ
  • Требования к уровню освоения рабочей программы
  • Сущность экспертных методов и особенности их использования, универсальный характер и требования, предъявляемые к ним.
  • Башкирский робинзон более полувека встречает Новый год в лесу в компании птиц
  • Сложные цвета
  • Листья сна